?

Log in

soldier

July 2008

S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
Powered by LiveJournal.com
soldier

generation gap

«Облученные» распадом империи

Интересная деталь общения с русскими парнями, которым за от 33 до 43 – это едва уловимый след распада советской империи. Как будто история – это своеобразный радиоактивный изотоп, после встречи с которой человек «фонит». Но почему-то именно в этом возрасте и именно у парней, особенно геев, уровень этого фона зашкаливает. Они иногда даже говорят о своей жизни так, будто выступают в спектакле Гришковца, который служит во флоте во времена заката империи, для которого золотым временем осталось детство с типично советским антуражем, милым до боли в печенках.

У иностранцев этого нет. Заграничные парни за 30 – другие. Они уверенны в своих силах и в самих себе. Самцы, которые твердо стоят на ногах, уже чего-то добились и дальше уверенно идут вперед, с наслаждением трахая многих встреченных на этом пути. «Я еще молод, чтобы жениться, -- сказал мне как-то один из таких, когда мы болтали в баре одного гей-клуба и обсуждали закон об однополых браках, который принимал парламент его страны, -- Мне и закон-то этот не нужен. Он - для тех, кому за 40. Я хочу еще погулять».

«Погулять» - ключевое слово, и речь не только о сексе. Знакомый голландец по имени Нико вместе со своим бойфрендом «гуляет», путешествуя по разным странам. В одном письме он как-то описывал вояж на Украину. «Гулял» и знакомый немец. Мы общались с ним по Интернету, поскольку физически он был привязан своей болезнью к родителям и аппарату в больнице, к которому он подключался каждый день. Но фантазия его не знала границ.

Хотя, и те кому за 40, делают тоже самое. Знаю это по своему знакомому швейцарцу. Эрик - мой первый «живой» иностранец, у которого я был одним из кандидатов для замужества, а потом – консультантом-психологом по общению с его другим русским бойфрендом. Я знаю Эрика уже несколько лет, и он до сих пор в поиске.

От иностранцев разит уверенностью в себе и желанием насладиться жизнью. У русских это иначе. «Мы потерянное поколение», - утверждал не один мой знакомый в той самой возрастной категории «33-43». – «Нас раздавила рухнувшая система и хаос 90-х». И образ жизни большинства этих парней насет на себе этот отпечаток.


Например, Дима, с которым мы встречались почти год. 36 лет, голова на плечах, желание работать. Но у нас не сложилось из-за разницы мировоззрений. Он похож на человека, который пережил кораблекрушение, и до сих пор ощущает его последствия. Я – на счастливчика, в памяти которого ничего такого не отложилось и из-за этого, я даже не могу толком его поддержать и толком понять..

«Ты молод, у тебя есть цель в жизни, и мечта» -- написал он как-то мне в смс в период депрессии. И я не мог ничего написать ему, чтобы возразить и сказать: «и у тебя не все потеряно!» Это было бы звучало слишком фальшиво.

Как миф о «Кока-Коле», которая пришла в распадающийся СССР, как некий чудодейственный напиток, выпив который, можно проснуться в ином, новом и счастливом мире. А потом оказалось, что «Миф» - это всего лишь яркая рекламная упаковка.

Дима живет, как умеет, расставшись с мечтой, но не с желанием ее иметь. Его отдушина – это компьютер. Не раз, приходя в гости, я наблюдал, как он строил в виртуальном мире торговые империи, страны и цивилизации. Хотя теперь он очень серьезно занялся йогой. И я этому рад. Мне его жалко, но я не могу стать таким как он, или сделать его таким, как я.

Есть, конечно, и те, кто добился чего-то в жизни. Но и эти успешные руководители порою больше смотрят не вперед, а назад, в имперское прошлое, или просто в сегодняшний день. Им чужд глобальный мир без границ, с его обилием субкультур, опасностей и больших возможностей. Но те, кто идет за ними (мое поколение), воспринимают его как само собой разумеющийся.

У нас даже слова немного другие. «Пидор - для меня вполне нормальное слово. В мое время других не было», -- говорил мне Дима Лычёв, яркий активист «голубого» движения начала 90-х, издатель газеты «1/10», один из организаторов первых московских гей-дискотек, автор нескольких «радужных» романов. С Лычёвым меня познакомили эмигранты. Ему 36, он – один из «облученных» развалом Советской империи, пусть «радиацию» и основательно выветрила заграница.

Но русские парни на 10 лет его моложе предпочитают позиционировать себя как «геи» от англ. gay - веселый, и они (мы) действительно веселее. Мы тоже иногда смотрим назад, на имперское прошлое. Но максимум того, что возьмем оттуда – это модные фишки вроде красных пионерских бандан и дизайнерского "совпедовского" антуража. Потому что это прикольно, это такой новый интересный перформанс. И только.

Comments

Увы, люди пережили ломку из запретного в обыденное. Им тяжело.
Да, им действительно тяжело. Мы-то уже жили сознательную жизнь в эпоху перемен и воспринимали их как данность. Их научили одному, потом это сломали, привили иные иллюзии, потом они увидели, что и они туфта.
В таких условиях выстоять очень трудно любом. И я их нисколько не виню. Наоборот, их жалко. Только, опять же, от этого их жизнь другой не станет. И от понимания этого порою как-то не по себе.

У меня после многомесячного общения с народом в Европе, при общении с русскими парнями 33-43 иногда вообще возникает ощущние, что я инопланетянин.